Сине-серая дряхлая кибитка с надписью «Бомбоубежище» — это начало подземельного мира жителей поселка Трудовская, куда мы приехали после получения местной аккредитации.

Подробно о получении аккредитации в ДНР.

Трудовскую также называют «поселком #12». Именно это место стало спасением и новым домом для тех, кто потерял свое жилье летом, из-за боевых действий между украинской армией и ДНР. Из трех бомбоубежищ, в которых мне удалось побывать, в этом было сложнее всего работать.

При входе я сразу почувствовала, что разговорить людей тут будет не так-то просто. Мы не являлись их желанными гостями. Здесь люди ущемлены войной настолько, что особо уже не видят пользы в том, чтобы кому-то просто рассказывать о своем выживании.

Многим это просто надоело. Если верить им, такие как мы к ним приезжают ежедневно. Журналисты с разных стран фотографируют, снимают, делают репортажи, а ситуация не меняется. Поэтому мы «очередные, кто не сможет им помочь».

Для некоторых мы стали просто нежеланным будильником, заставившим покинуть постель в своем выделенном месте раньше времени. Во мне эту мысль укрепила бабушка, которая обижено крикнула: «Вы бы еще в шесть утра пришли». На часах было начало десятого.

Для меня было интересным наблюдать, как во многих бомбоубежищах сформировался жизненный уклад. Как многие, свыкшиеся со своим положением, обустраивают бункеры и уже не верят в то, что в скором времени они смогут покинуть это место. Я помню, как контрастно выглядела связка цветных шаров на фоне старого бункера – его приклеили дети в честь дня рождения друга.

Во время нашей поездки я заметила, что среди жителей бомбоубежищ уже наметились свои лидеры. К примеру, чтобы взять интервью в первом укрытии, нам нужно было получить добро у какого-то нового главного. Несмотря на некоторые сложности, мне удалось поговорить с несколькими жителями бомбоукрытия поселка #12 и передать их рассказы вам.

Большая часть интервью повествуется от лица пенсионерки Валентины Гузевой, но иногда вы будете встречать небольшие цитаты других героев, которые где-то хотели что-то дополнить. Мне они показались очень важными, учитывая неразговорчивость местных постояльцев.

С виду и не скажешь, что этот маленький домик ведет в подземелье, в котором сейчас укрываются около 70 человек.

С виду и не скажешь, что этот маленький домик ведет в подземелье, в котором сейчас укрываются около 70 человек.

IMG_0405

Общий вид. Каждый занимается своим делом.

 

Валентина Гузева, пенсионерка

12 июля у моей внучки день рождения.

Сидим мы на улице, делаем салатики, и на тебе «ба-бах»… громы, взрывы. Непонятно откуда, где и чего? А рядом, по новостям сказали, что 12-й поселок громят, а потом и нас начали. И потом мы бежать стали, в подвале сели. В нашем поселке в основном пенсионеры. Зачем дома-то было бить?

Мы узнали об этом месте чисто случайно. Узнали, что здесь есть бомбоубежище, приехали. Хорошо нам и место дали. И все теперь здесь находимся. Здесь уже устроились те, у кого домов вообще нет — разбитые. Есть сгоревшие дома. А мы почему сюда-то переехали, потому что у внука астма и он в подвале находиться не может.

Андрей – один из жителей бомбоубежища: Как все началось, так я сюда и пришел. Был с семьей, но остался один — брат переехал в Новороссию. Нас здесь 250 человек было. Здесь «не пройти» было. Не знаем, куда остальные уехали.

IMG_0439

Андрей.

Когда деньги есть, можно куда-то поехать, а когда денег нет, куда поедешь? И кто меня 67-летнюю возьмет? Даже уборщицей не возьмут.

Андрей: Сейчас нас где-то человек 60 взрослых и 6-7 детей. Остальные разъехались. Некоторые ремонт начали делать в своих разрушенных домах, некоторые уехали в другие города.

Выживание на остатке пенсий и помощь

Вода тут у нас есть, вода холодная, и туалет есть. Вот там у нас душемойка. Вот там вот — умываемся, моемся, но там такие условия – ужас.

IMG_0456

Туалеты — холодно, сыро, грязно.

IMG_0385

Вот в таком баке люди здесь хранят воду.

Готовим еду уже внутри, но летом готовили на улице – света не было.

IMG_0399

Кухонный стол. Здесь очень мало продуктов из-за того, что у людей нет денег и свободного доступа к магазинам.

Моя семья нужды в продуктах не имеет, потому что у моей дочки уже двое деток. Мы получаем паек от Рината Ахметова, и у нас продукты есть. Пайки получают те, кому больше 57 лет. Они получают и на детей, а остальные не получают. А вот картошку, овощи покупать надо. Но мы не можем купить, потому что у нас денег нет. Продукты есть, а денег нет. До этого многие покупки делались с тех денег, которые еще остались с пенсий. Но сейчас пенсии уже не дают.

У меня на карточке оставалось 350 гривен. Мы все экономили, тянули, а они раз — и заблокировали ее. Не знаю, что теперь с этими деньгами будет. Пенсии мы не получаем 4 месяца, с августа месяца. Я в августе получила, а есть люди, которые пенсию и за август не видели. Давали деньги только ДНР, тем, кто потерял кормильцев – им дали по 900 гривен и после этого больше не давали.

Вот нам ДНРовцы приносят хлеб, иногда свое, что они там сэкономят, что у них остается. То тушенку привозили, то крупу какую-нибудь, то по 3-4 картофелины, морковку недавно привозили. Еще сегодня обещают, спасибо им.

IMG_0467

Надпись на двери, которая ведет внутрь.

Россия привозила детям одеяла, пододеяльники теплые, чтобы укрываться. А так больше ничего. Питание для маленьких. У нас здесь маленькие были.

Гуманитарную помощь нам пока не привозят. Здесь одна женщина все ругалась, что могли бы хоть что-то дать. К детям приезжали учителя и подарки привозили какие-то.

Связь с внешним миром

У нас нет телевизора. К нам сюда корреспонденты приходят фотографировать. А мы ничего не знаем, не видим, не слышим. Связь никак не поддерживаем. О новостях узнаем от других, если кто-то что-нибудь услышит – нам скажет. Но что правда, что неправда…

IMG_0413

Несмотря на войну, дети не забывают про свои старые игрушки.

IMG_0414

То же самое касается и взрослых, чтение — это единственное, чем сейчас можно заниматься в бомбоубежище.

Иногда пытаемся выходить. Ну, идем, когда дочка с сыном приходят. Ждем, когда не стреляют, не палят. Заходим в блокпосты и спрашиваем, они говорят быстро-быстро. Мой дом стоит на границе тех и тех. И если я туда зайду, то начинается пальба. Даже если туда и пойдешь, то убьют. Мы же, когда в погребе жили, то и к нам попадала пальба, все окна выбиты, а у соседей крыш нет.

Вот так все выворочено. Там, когда едешь, впечатление, как раньше Ленинград показывали. Мы стараемся друг другу помогать. Меня, например, в магазин посылают — я хожу за продуктами. Иногда хожу даже, когда стреляют, боюсь, но надо ходить.

Дети «гуляют в телефоне»

В школу дети, конечно не ходят. У меня внучки книги взяли – сами занимаются. Но учителей нет, остальным не у кого брать книги и заниматься. На улицу тоже не пускаем, потому что опасно. Тихо, тихо, а потом как раз бомбанет неожиданно. Одних их не пускаем. Позавчера ночь была страшная. Некоторые пошли домой, но был такой страх.

IMG_0448

Детский уголок.

Я не знаю кто там, что там. Мы, если что забрать, то быстро, там же стреляют? Как-то пошли с внучкой, уже на полдороги были, а тут всё как началось сыпаться, и мы с ней назад бегом помчались.

Внук Валентины — Илья – 14 лет: у меня есть друг- Вовик. Мы с ним только гуляем и все. А когда мне скучно, то я в телефоне «гуляю» (ковыряюсь). Игры там и все-такое. С того года в школу не хожу. В этот год тоже не пошел. Я в 8 переходить должен был. С собой учебников нет.

Самое главное, что хочется сказать

Я сейчас читаю книгу, изучаю. Потом буду кушать готовить. Я хочу одно сказать, чтобы эта война быстрее закончилась. Мы люди мирные.

Нам бы только, чтобы они перестали воевать, да и все. Мы хотим свой дом. Думаете, приятно на вот этих вот досках спать, кому оно нравится?

IMG_0402

В таких условиях люди спят. Кровати сооружены из досок и металлических конструкций.

Мы жили спокойно, дружно. У нас все люди дружили: и русские, и азербайджанцы, и украинцы – здесь все перемешано. Никто никому не мешал, никто никогда не ругался…

Комментарии