Редакция Walkerstory начинает серию публикаций одного из самого откровенного и смелого сборника «Письма из Таджикистана», который был запущен в 2013 году.

После прочтения книги, мы решили, что эти письма должны прочитать все. Мы увидели в этих записках тех, кого объединила смелость и свобода, желания рассказать все открыто. Авторы писем — представители разных социальных групп, верований, профессий, поколений, которые рассказывают о своих впечатлениях, мыслях, взглядах и переживаниях за страну, родных.

«Письма из Таджикистана» дают широкую возможность узнать Таджикистан таким, какой он есть, причем с разных сторон и от разных людей – начиная от местных граждан, кончая теми, кто смог побывать в этой стране в качестве туриста либо по работе. Мы благодарны и рады, что наши друзья и руководитель проекта предоставили возможность публикации этих материалов.

Редакция walkerstory будет публиковать по одному письму из сборника и надеется, что эти письма дойдут до сердца каждого.

Примечание авторов проекта: Тексты писем представлены в оригинале с сохранением стиля написания без редактирования.

Серию публикаций писем мы открываем как и в сборнике письмом Джахонгира Ватанова из Душанбе.

Привет! Извини за долгое молчание, но меня, может быть, слегка оправдывает то, что кому-то я и вовсе никогда не напишу, потому что не хочется, да и не о чем нам с ним переписываться.

А с тобой… с тобой всегда есть о чём щемяще-сладко поскулить, разгребая пыль воспоминаний, в тщетной надежде, что прочихавшись, сквозь слёзы блеснёт лучик будущего.
Помнишь, о чём мне мечталось больше всего долгими армейскими вечерами в конце восьмидесятых годов прошлого столетия? Конечно, о «дембеле» после своей срочной службы.

Но тогда я точно знал, как всё это будет происходить. Жёлтым осенним вечером, уже натискавшись со свежеродившейся лялькой и оставив её на попечение бабушек и дедушек, я возьму подмышку любимую девочку и мы пойдём по моему городу.

Ведь у каждого из нас свой город. И отними у человека несколько знакомых ему и дорогих переулков, скамеек, деревьев, стен, людей, звуков, запахов — и для него не станет целого города, а то и страны (здесь я совершенно знаком с Г. Грином — писатель такой).

Так вот, взял я тебя и мы пошли… Да, чуть не забыл! У меня в спортивной сумке, завёрнуты в городскую газету — кусок свежей, источающей слезу брынзы, несколько лепёшек, пучки перистой и пахнущей зелени, немного варёного постного мяса, соль, перец (по вкусу) и две бутылки сухого вина «Душанбе» ( 1 р. 10 коп за шт. ).

А куда я тебя веду — это немного мой Душанбе — вдоль протокольной трассы (проспект Ленина) не пересекая его лишний раз, дворами по улицам Красных партизан, Орджоникидзе, Свириденко, Гоголя,
Красноармейской, Пионерской, Комсомольской, Коммунистической… Бредовая и больная топонимика…

Все ещё живы и никто не обращает внимания на двух влюблённых студентов, фланирующих от скамейки к скамейке (я знал все проходные дворы) и поедающих бутерброды с мясом, брынзой и зеленью, изредка запивая всё это сухим вином.

Сначала мою мечту украл «ветер перемен», затем сжёг огонь гражданской войны, её бросили на рельсы, по которым уносились составы с «вынужденными переселенцами» и беженцами — так её изнасиловали сначала. Но добил её всё-таки «процесс миростроительства» в моей стране.

«Моей» ли? Или всё-таки «этой»… То, чего за четыре пятилетки не могли добиться ни противостояние «тех» и «наших», ни индустриальный коллапс, ни утечка мозгов и профессионалов, ни энергетический (локальный) и финансовый (международный) кризисы — всё-таки случилось.

Я потерял свой город, а посему «мне в космосе делать нечего, коль там уже коровы летают». Безвкусные зеркальные пеналы-небоскрёбы из монолитного бетона. Какие они? Да на любой глянцевой фотографии из стран третьего мира увидишь такое…

Вот только пальмами Душанбе пока обделён, но полувековые чинары почти уже уничтожены — место для банановых плантаций готово. А для классических потребителей бананов (если не по форме, то по содержанию черепной коробки) готовятся всё новые места в структурах государственной власти.

А впрочем, мне ли брюзжать — ну, украли мечту, город, страну — ведь жизнь и свободу оставили. Спасибо! Это без иронии. Какая уж тут ирония, если быть знакомым с судьбами апологетов нынешнего политического режима — «иных уж нет, а те — далече…»?

Так что большое человеческое спасибо, за то, что пока не убили, не посадили… правда лучше бы выслали на историческую родину. Но до этого я пока недопрослужился (богат русский язык!).
Всё же не таким азартным должно быть первое моё письмо уходящего високосного года. Во дворе хлюпают розовыми пятками семилетние дети – ноябрьское солнышко позволяет им вопить русские считалки в таджикской обработке пока без китайских пуховиков (но с мячиком из Урумчи).

И, наверное, не стоит так уж трепетно относиться ко всему своему прошлому — у тебя ведь оно тоже было, но другое — хотя бы потому, что вода по-прежнему остаётся мокрой, ветер — воздушным, хлеб — вкусным, глупость — беспредельной, любовь — неожиданной, но желанной, а счастье — счастье если этого всего нам достанется в меру. И риски [отметки] на этой мерной линейке, мне кажется ставят не уставая трое — я, ты и Он.

Джахонгир Ватанов
Душанбе, 12 апреля 2013

Комментарии